Русь Былинная
Поиск по сайту
Всё о деяниях славных русичей и их соседей

Наш опрос
Читаете ли вы материалы группы Руси Былинной Вконтакте?
Всего ответов: 1095

Главная » ИСТОРИЯ » ДРУЗЬЯ И ВРАГИ

Русь в стрелецких объятиях прелата

Русь в стрелецких объятиях прелата





Автор: Мирон Веклюк


К большому сожалению, в России только дотошные историки знают о том, что в конце тридцатых годов самой горячей точкой Европы была Подкарпатская Русь. Перспектива появления православного и прорусского государства в самом центре Европы вызывала крайнее раздражение у Венгрии и Польши. Не в восторге от такого развития событий были Чехословакия и Румыния. Нарастало противостояние между русофилами и украинофилами в самой Подкарпатской Руси. Но, невзирая на проукраинские позиции Чехословацкого руководства, народ Подкарпатской Руси поддрживал русофилов.

В результате политического кризиса в Чехословакии, вызванного территориальными претензиями к ней Германии, Венгрии и Польши, Карпатская часть получила автономию и 11 октября 1938 года стала федеральной республикой. Во главе нового государственного образования встал Андрей Бродий, известный своими демократическими взглядами. Но вскоре вследствие интриг украинских националистов и Германии, Бродий был арестован по нелепому обвинению, а премьер-министром назначен униатский священник и прелат Папы Римского Августин Волошин.

Новое правительство незамедлительно приняло меры по тотальной украинизации всех сторон жизни Подкарпатской Руси. Были запрещены все русинские общественные организации, а вскоре – все без исключения политические партии. И спонтанная республика, прежде, чем пролить кровь своих граждан и кануть в Лету, успела стать тоталитарной. Подкарпатская Русь была переименована в Карпатскую Украину, законодательно был введен украинский язык, принят новый гимн.

Это было первое заседание Карпатской Украины, состоявшееся 15 марта 1939 года. Внимательный читатель заметит, что шел второй день оккупации Подкарпатской Руси венгерскими захватчиками.

Неужели смена флага, гимна, государственного языка, самого названия государственного образования являлись столь насущными и необходимыми в тяжелых условиях военного времени? «Заслугой» этого закона является то, что многие русины в этот день перестали понимать, кто они есть и в какой стране живут.

Сторонники концепции «украинскости» Карпатороссии, надо полагать, преднамеренно переоценивают значение «трехдневной республики» в жизни русинов. Можно переименовать Родину, но нельзя переименовать народ, его сознание и уж тем более его историю. Чью волю мог осуществлять папский прелат и по совместительству политик-авантюрист на в основном православной Подкарпатской Руси, – вопрос далеко не риторический. Новые правители пытались укрепить связи с нацистской Германией, но судьба Карпатской Украины была предрешена. Гитлер, чтобы окончательно привлечь на свою сторону Венгрию, 12 марта дал добро на оккупацию, и в ночь с 13 на 14 марта 1939 года венгерские войска вторглись на территорию республики.

В эту ночь произошло еще одно событие, потрясшее всех своей бессмысленностью. Волошинские сечевики вступили в вооруженный конфликт с Чехословацкой регулярной армией. Конфликт совпал с вторжением венгерской армии на территорию республики и сделал невозможным дальнейшее военное сотрудничество с чехами. После этого кровопролития недостаточно вооруженные и обученные сечевики остались один на один с агрессором. Чехи, фактически прекратив военные действия против венгров, стали отступать. И здесь случилось невероятное, пожалуй, не имеющее аналогов в истории. При каждом удобном случае местное население стало нападать на отступающих чехов, разоружать их и с этим оружием самостоятельно вступать в бой с агрессором!

Чехи, конечно, могли защитить себя от этих нападений, но, возможно, из-за элементарного сочувствия не применяли оружие против своих недавних соотечественников. Этот момент, вероятно, мог бы стать апофеозом борьбы карпатороссов за свою свободу и независимость. Но несогласованные, а иногда откровенно провокационные действия сечевиков-волошинцев приводили к плачевным последствиям.

Венгерские войска пытались сходу завладеть Подкарпатской Русью, но столкнулись, по признанию самих венгров, с упорным сопротивлением.

Не исключено – война и могла бы стать затяжной, но на Ужоцком перевале наступление начали поляки. Положение сечевиков стало критическим. Отступая под нажимом венгров, сечевики сдали Хуст – свою новую столицу, и вскоре столкнулись с чешскими воинскими частями, уходящими через Тису в Румынию. Волошинские сечевые стрельцы вновь вступили в бой с чехами, завладели частью вооружения и повернули его против венгров. Чешское оружие попало и к мадьярам, проживающим компактно с русинами и украинцами. Они не замедлили применить его против сечевиков.

Румыны, воспользовавшись ситуацией, стали также нападать на волошинцев, разоружать их и передавать венграм на скорую расправу. Старинная поговорка о том, что нельзя идти в чужой монастырь со своим уставом, возникла не на пустом месте.
Украинские националисты, прибыв в Подкарпатскую Русь без приглашения, взбудоражили народ и в короткие сроки успели превратить во врагов всех своих соседей. А военные действия против чехов можно назвать просто безумием.
Чехи, будучи уверены, что покидают Карпатороссию навсегда, всеми силами пытались предотвратить бессмысленное кровопролитие и уберечь русинов от трагедии, хотя и сами находились в критической ситуации.

Тихий край в одночасье превратился в территорию, где господствовали беззаконие, надругательство над людьми, попрания элементарных норм морали. Дикость и варварство стали нормой жизни.

Вскоре на Воритском перевале венгры организовали передачу пленных сечевиков и людей, волею случая попавших в водоворот событий, полякам. Очевидцы свидетельствовали: людей избитых, изможденных, оборванных целыми колоннами сдавали польской погранслужбе. В течение суток все были казнены. Видно, с момента пленения их не кормили и торопились скорее расстрелять, пока еще несчастные могли самостоятельно дойти до места казни. Сечевики, сдавшиеся непосредственно полякам, расстреливались на месте. Такое решение мог принять и капрал. А то, что вершили над местными сечевиками, захваченными в лесах, венгерские жандармы, из этических соображений описывать не буду – это больше подходит для сценария фильма ужасов… Многие сечевики не то что повоевать – оружие взять в руки не успели. Его просто на всех не хватало. Не хватало и военного обмундирования. Многие стрельцы были в гражданской одежде. Единственное преступление, которое могло быть им инкриминировано – незаконный переход государственной границы. Но приговор для всех – один, скорый и жестокий.

Прошлое нет смысла ненавидеть. Но чувство омерзения к авторам и постановщикам этой бессмысленной кровавой драмы в Карпатах предательски закрадывается в душу.
У меня сложилось ощущение, что начало Катыньской трагедии было положено у карпатских сел Новая Ростока и Вербяжье. Хотя, если углубиться в не такое уж далекое прошлое и вспомнить, как в 20-21-м годах двадцатого века в ходе военного конфликта между Россией и Польшей в польский плен попали около 60 тысяч наспех переодетых в красноармейскую форму и плохо обученных крестьян и рабочих. Их судьба оказалась трагичной.

Расстрел даже одного безоружного человека – убийство! Это аксиома. Только так можно избежать бессмысленных людских потерь, о которых, как правило, сожалеют по прошествии времени.

Полезно будет знать и то, что годом раньше, в октябре 1938, посол Польши в Германии пан Липский предложил министру иностранных дел Германии Риббентропу обсудить вопрос о разделе Подкарпатской Руси между Польшей и Венгрией, которая, по мнению польского правительства, представляла «подлинный коммунистический центр». Поразительно, но в Советском Союзе считали этот край подлинно бандеровским. Нелишним будет упомянуть, что далеки от истины были как поляки, так и «советы». Немцы по этому вопросу уже имели четкую позицию, но пока ее не озвучив
али. Но пан Липский подал им хорошую идею. В чем состояла ее суть, вы уже догадались. Вскоре была разделена сама Польша. Разрешив Венгрии оккупировать Подкарпатскую Русь, Германия оставила за собой право в случае необходимости оккупировать Венгрию, и в 1944 этим правом она воспользовалась. А инициатор похода на Подкарпатскую Русь Хорти оказался в застенках гестапо. Кто-то из древних сказал: «Тот, кто сеет ветер, пожнет бурю». Тонко подмечено.

18 марта 1939 года у села Воловец был подавлен последний очаг сопротивления сечевиков, воевавших в Карпатороссии. В этот день Венгрия завершила оккупацию Карпатской Руси.

Михаил Прокоп, карпато-росский общественно-политический деятель, свидетельствовал: «Венгерские власти желали ликвидировать в самый короткий срок не только русский литературный язык, но и весь русский народ, живущий на южных склонах Карпатских гор, превратив его в мадьярский. И при этом они чистосердечно удивлялись тому сопротивлению, какое оказывал их планам русский народ… Разрушались памятники Пушкину, Добрянскому, Митраку, сжигались русинские городские, сельские и общественные библиотеки, уничтожали р кооперацию… Русинская молодежь протестовала. Мадьярские жандармы и полицаи брали учеников гимназий с уроков и избивали их…».

Помните, в первую мировую – избиение людей палками? Сменилось поколение, нынешние жандармы были в то время детьми или ещё не родились. Но не изменилась психология.

В сентябре 1939 года Галиччина была присоединена к СССР. По Карпатороссии пошло брожение. Очень многие, и особенно молодежь, начали вести себя по отношению к венгерским властям вызывающе. Все были уверены, что Россия вот-вот освободит наш край от мадьярского гнета. А те, кому грозило преследование, убегали в Россию. Благо, граница с ней была теперь рядом. Постепенно бегство в Россию приобрело массовый характер. Многие десятки тысячи русин, надеясь на лучшую долю, переходили границу. И тут же попадали в лагеря НКВД! Всех без исключения обвиняли в шпионаже. Несправедливое и нелепое обвинение обрекало беженцев на тяжелое существование в советских лагерях с минимальным шансом когда-нибудь выбраться на волю. На родине списки этих людей были опубликованы в специальных бюллетенях, извещавших о лишении их гражданства. Так что о возврате на Родину нельзя было и мечтать.
Тем временем немцы оккупировали почти всю Европу и решили, что то же самое могут сделать и с Советским Союзом. Автор плана Барбаросса им гарантировал это. Нет надобности углубляться в данный вопрос – мы знаем, чем все это закончилось для Германии. А для русинов, сумевших выжить на этапах и лесоповалах, единственным спасением было вступление в армию генерала Свободы, сформированную в Бузулуке (Оренбургская область) и состоявшую на первом этапе, в основном, из карпатских русинов.

Корпус, пройдя с боями всю Украину, в составе 1-го Украинского фронта дошел до Карпат и 6 октября 1944 года в районе Дуклинского перевала вышел к границе с Чехословакией. Перед солдатами открылась великолепная панорама горных массивов Южных Карпат. Они увидели свою Родину, которая, как никогда, ждала их возвращения. О чем думали эти возмужавшие и рано поседевшие молодые люди, вглядываясь с высоких гор в родные просторы? Могли ли они предположить, когда, скрываясь от венгерских оккупационных властей, через горы уходили на восток, в Россию, каким неимоверно тяжелым, долгим и опасным окажется путь домой? Они, словно былинные герои, стояли молча на границе у поруганной и униженной врагами Родины. Сердца их были преисполнены решимости восстановить справедливость.

© Copyright: Мирон Веклюк, 2009
Свидетельство о публикации №209080300937
28.01.2013
Похожие публикации

Комментарии
avatar

Рейтинг Славянских Сайтов яндекс.ћетрика